Продолжаем (с разрешения автора) публиковать фрагменты книги киноведа Валерия Фомина «Руководство кинематографией утвердить на Васильевской улице…»., посвященный летописи Союза кинематографистов России и изданной СК России в 2018 году.
7 февраля 1958 года
В Киеве состоялся первый пленум Оргкомитета СРК Украины. Председателем Оргкомитета избран кинорежиссер Тимофей Васильевич Левчук. В 1934 году окончил режиссерский факультет Киевского института кинематографии(ликвидирован в 1938 году). С 1935 года — ассистент режиссёра, затем — режиссёр Киевской кинофабрики (ныне Киностудия имени А. Довженко). Работал в группах И. Кавалеридзе («Перекоп», «Колиивщина», «Прометей») и В. Брауна («Голубые дороги»). Участник Великой Отечественной войны. С начала 1950-х годов снимал игровые фильмы на киностудии им. А. Довженко, был режиссёром дубляжа на украинский язык, автором документальных фильмов. С 1963 по 1987–1-й секретарь правления Союза кинематографистов Украины. Член ВКП(б) с 1942 года. Кандидат в члены ЦК КП Украины с 1973 года. Депутат Верховного Совета Украинской ССР 6–10-го созывов.
Заместителями Т. Лечука избраны драматург А. Левада и кинорежиссер И. Лазарчук. На пленуме рассмотрен устав Союза кинематографистов, принято решение об организации творческих секций.
10 февраля 1958 года
- В Ленинградском Доме кино состоялась встреча кинолюбителей с творческими работниками Ленинградской киностудии. Участникам вечера были показаны любительские фильмы:«Ленинграду 250 лет», «Тебе, друг» (об учебе и отдыхе студентов Института киноинженеров).
- Секция кинодраматургии СРК СССР организовала встречу «За круглым столом», посвященную проблемам сценарного мастерства (по материалам 3-го выпуска сборника «Вопросы кинодраматургии»).
14 февраля 1858 года
Творческому союзу с самого начала пришлось взвалить на себя и бремя решения сугубо бытовых проблем. Первый руководитель нашего союза И.А. Пырьев не только не гнушался подобной работой, но был очень настойчив, последователен и по-своему изобретателен в отстаивании интересов кинематографического сообщества, решении самых разных его проблем: от автотранспорта и медицинского лечения до выбивания жилья и установления мемориальных досок и памятников.
Лидер Союза не постеснялся уже повторно обратиться в Совмин с ходатайством о разрешении на строительство кооперативного дома для молодых кинематографистов, не имеющих жилья. Минфин и Госплан СССР ответили отказом.
Сражение продолжилось.
17 февраля 1958 года
Вышел на экран фильм «Дело былов Пенькове». Станислав Иосифович Ростоцкий, поставивший фильм, участник и инвалид Великой Отечественной войны, окончил ВГИК в 1952 году (мастерская Г. Козинцева).
Вместе с Григорием Наумовичем Чухраем он был одним из самых молодых членов Президиума Оргкомитета СРК. И оба онис самого начала его работы на этом поприще стали самыми заметными его активистами.
24 февраля 1958 года
В Москве по инициативе СРК СССР состоялось Всесоюзное совещание по проблемам качества и улучшению технических возможностей кинопленок.
27 февраля – 4 марта 1958 года
Состоялась, наконец, Всесоюзная творческая конференция.
Это была главная и наиболее тщательно подготовленная акция СРК СССР за первый год его работы. Ко времени проведения конференции был приурочен широкий показ новых фильмов и их обсуждение. Поспорить и подумать было о чем. Стремительно расширялась производственная база советской кинематографии, пополнялся и обновлялся ее технический арсенал.
И самое замечательное: у ветеранов кино явно наступала вторая молодость, а на арену выходило и очень уверенно утверждалось новое, очень талантливое кинематографическое поколение. Неузнаваемо менялся и сам характер нашего кино, его проблемный и жанрово-стилевой диапазон. Уже сняты «Летят журавли», «Сорок первый», «Весна на Заречной улице», «Павел Корчагин», «Высота», «Дом,в котором я живу», «Коммунист», «Тугой узел», первая и вторая серии «Тихого Дона», «Солдат Иван Бровкин», «Карнавальная ночь». Так что на первой послесталинской творческой
конференции кинематографистам было что обсуждать и осмыслять.
Однако, судя только по опубликованной отдельной книгой стенограмме, серьезного,откровенного и глубокого разговора о происходящих в кино переменах все же не случилось.
Ход и итоги конференции предопределили две взаимоисключающие задачи, которые необходимо было решить в дни ее работы. С одной стороны, на конференции предстояло основательно и открыто обсудить те реальные и сложные проблемы, которые советская кинематография переживала тогда в процессе ее радикального обновления.
С другой стороны, СРК СССР, учрежденному пока что на птичьих правах некоего Оргкомитета и не получившего полного официального статуса, надо было во что бы то ни стало продемонстрировать власти свою непоколебимую верность марксистско-ленинскому вероучению, что кинематографисты страны по-прежнему готовы умереть под красным знаменем,незабвенно любят КПСС и просто жить не могут без ее мудрого руководства.
Справиться с этой задачей искусным ораторам СРК оказалось вполне по силам. Даже министр культуры СССР Н.А. Михайлов, с опаской наблюдавший за нарождавшимся у него под боком новым творческим союзом, умилился итогами состоявшейся конференции и отправил по этому случаю Н.С. Хрущеву отчет о мероприятии, написанный в самом радужном и благоговейном тоне.
«Товарищу ХРУЩЕВУ Н.С.
Докладываю Вам о Всесоюзной творческой конференции работников кинематографии.
Конференция началась вчера, 28-го февраля с. г. при участии представителей всех братских советских союзных республик, деятелей литературы, смежных искусств. На конференции присутствует более 700 делегатов.
Были заслушаны доклады: Н.А. Михайлова “О задачах советской кинематографии в свете решений XX съезда КПСС и выступления Н.С. Хрущева “За тесную связь литературы и искусства с жизнью народа”,кинодраматурга Е.И. Габриловича “Состояние и задачи советской кинематографии”, народных артистов СССР М.И. Ромма “Вопросы режиссерского мастерства в свете повышения идейного и художественного качества фильмов”, С.А. Герасимова “Проблемы актерского мастерства в советском киноискусстве”,кинокритика Р.Н. Юренева «Новаторство и традиции советского киноискусства”.
Конференция проходит с большим подъемом, под знаком сплочения работников кинематографии вокруг Коммунистической Партии, ее ленинского Центрального Комитета.
В центре внимания конференции — решения XX съезда КПСС, известный партийный документ “За тесную связь литературы и искусства с жизнью народа”. Это находит широкое отражение, как в докладах,так и в выступлениях делегатов конференции.
Конференция отмечает как огромный положительный факт — значительное увеличение выпуска фильмов, особенно рост кинопроизводства в союзных республиках, составившего ныне около двух третей всей кинопродукции страны.
Делегаты конференции подчеркивают, что благодаря повседневной помощи ЦК КПСС осуществилось то, о чем мечтали деятели киноискусства на протяжении многих лет, когда на всех киностудиях страны снималось не более десяти художественных фильмов. В 1951 г. было выпущено всего лишь 6 художественных фильмов, в то время как в 1957 г. создано 92 художественные кинокартины.
В кино пришел большой отряд молодых творческих работников — режиссеров, операторов, актеров.
Делегаты конференции резко критикуют идейно-художественные недостатки отдельных фильмов,мелкотемье, имеющее месте в репертуарных планах некоторых студий. Отмечается слабая техническая оснащенность киностудий, особенно студий союзных республик, значительное отставание строительства новых кинопавильонов.
Участники конференции единодушно высказывают уверенность в том, что под руководством Коммунистической Партии и ее Центрального Комитета советское киноискусство достигнет новых творческих высот, создаст произведения, достойные нашего народа.
Министр культуры СССР
Н. Михайлов»
Отдел культуры ЦК КПСС, в свою очередь, «отрецензировал» в своем отчете первую масштабную идеологическую акцию СРК в духе известного высказывания «На Шипке все спокойно».
Соответственно вся советская пресса, регулярно печатавшая ругательные статьи на обновлявшееся советское кино, на этот раз дружно воспела итоги Всесоюзной творческой конференции. Самый крутой елей излила «Литературная газета», опубликовавшая редакционную статью «Кино и современность». Чуть позднее в «Правде» также появилась хвалебная статья.
В кулуарах и у себя на кухнях можно было услышать иные отзывы. Григорий Козинцев,демонстративно сторонившийся СРК, отрецензировал пырьевский«симпозиум» следующим образом:
«28/2–4/3. Москва. Творческая конференция Союза кинематографистов.
Полупочтенная старость полупочтенных карьер. Интонацией приказов Верховного командования оглашен список всех халтурщиков из секции кинодраматургов, бесстыдно собирающих оброк уже даже не со столичных (там их не раз ловили),а с окраинных организаций.
Старческие руки тянутся за перстеньком. А уже давно известно: камень в нем — стекляшка.
Почему-то развелся стиль юродствующих, каких-то припадочных. Они собираются друг с другом, “говорят по совести”,“выясняют отношения”. Бьются в корчах.
Котильон за столом президиума».
(Прим. ред. Котильон (фр. cotillon) – бальный танец французского происхождения. Первоначально так называлась нижняя юбка. В дальнейшем это название закрепилось за танцем, во время которого были видны нижние юбки).
Козинцев люто ненавидел Пырьева, но на людях, как человек воспитанный и осторожный, сдерживался и виду не показывал. Зато отыгрывался по полной в своих дневниковых записях (Прим. ред. — Козинцев Г. «Черное, лихое время…». – М.: «Артист. Режиссер. Театр», 1994).
Однако свидетелей прямых сшибок одного советского режиссера с другим, как, например, остроскандальных публичных, у того же Пырьева с Роммом, не зафиксировано.
Но ненавидеть можно и на расстоянии, молча, не вступая в прямой конфликт с личностью, внушающей непреодолимое отвращение. В данном случае, совсем не исключено, что Козинцев не мог «простить» своему собрату по профессии его долгой, непрерывающейся и к тому же какой-то универсальной успешности во всем. Еще и до войны, и в войну и несчастливые для многих послевоенные годы Сталин почитал Пырьева, щедро осыпал его своими лауреатскими медалями. Но не менее пылко фильмы Пырьева любил и народ. И отнюдь не за то, что на груди автора «Трактористов» и «Кубанских казаков» сияли награды хозяина Кремля. Народу страшно нравилось, как любовно он, этот самый народ, в фильмах Пырьева представлен.
На фоне такой успешности судьба самого Козинцева, пережившего свой триумф, в середине – конце 30-х, конечно же, выглядела достаточно безотрадно. Мягко говоря, после трилогии о Максиме ничего особо заметного прославленный режиссер даже близко не пережил. Нив годы войны, ни в годы проклятого «малокартинья» он своими фильмами зрителя ни разу не осчастливил, списывая это исключительно на зверства цензуры. А более либеральные оттепельные времена он отметил экранизацией «Дон Кихота», смотреть которого можно скорее только под наркозом. Да и то, желательно, общим.
Конечно, с такого рода достижениями созерцать чужие успехи нелегко. Тем более что удачливость Пырьева одними успехами на поприще режиссуры отнюдь не ограничивалась.
Вся биография его выстраивалась как цепь все больших и больших достижений. То руководить Московским Домом кино ему доверили. То поручили командовать «Мосфильмом». А теперь вот и вообще доверено дирижировать нарождающимся творческим союзом. Ну как тут, высоко ценя собственные непревзойденные таланты, не изойти сарказмом?
Да, и разве у одного Козинцева были проблемы такого рода? Сюжет-то, по сути, вечный…
Возвращаясь же к теме самой конференции, справедливости ради все же замечу, что на самом деле настоящая аналитическая работа по осмыслению происходящих в советском кино бурных и впечатляющих перемен велась в стенах СРК достаточно активно. Однако она в основном разворачивалась не на таких витринно-показушных мероприятиях, как только что отшумевшая Всесоюзная конференция, а на просмотрах и обсуждениях фильмов, на бесчисленных заседаниях творческих секций и комиссий.
А еще горячее и интереснее — в кулуарах…
Февраль
Примечательно, что только едва-едва становящийся на ноги Союз, по горло занятый неотложными организационными, идеологическими и хозяйственными проблемами, делал все возможное и невозможное для увековечивания памяти об умерших: в Москве,на Чистых прудах у дома 23, по инициативе СРК состоялось открытие мемориальной доски в память о С.М. Эйзенштейне.
Стоит также подчеркнуть то обстоятельство, что у руководителя Союза И.А. Пырьева, мягко говоря, было сложное и неоднозначное отношение к творчеству Эйзенштейна. Но это никак не сказалось на работе Союза, и на тех инициативах, которые он предпринимал по сохранению памяти и творческого наследия великого мастера.
