Продолжаем — с разрешения автора — киноведа Валерия Фомина — публиковать фрагменты книги «Руководство кинематографией утвердить на Васильевской улице…», посвященной летописи Союза кинематографистов России и изданной СК России в 2018 году.
3 июля 1963 года
Е.И. Габрилович подал заявление с просьбой освободить его от обязанностей заместителя председателя Оргкомитета СРК.В заявлении он сослался на нездоровье и чрезмерную загруженность творческой и педагогической работой. Но, учитывая политический контекст происходящего в стране, эта отставка, конечно, была продиктована совсем другими обстоятельствами. Из Кремля потянуло холодным ветерком. А Евгений Иосифович, человек уже много повидавший на своем веку, да к тому же и чувствительный, решил отойти в сторонку…
4 июля 1963 года
Постановлением Совета Министров СССР № 729 С. Герасимов; Л. Кулиджанов, И. Пырьев, Г. Чухрай введены в состав коллегии новообразованного Государственного Комитета по кинематографии.
Несмотря на эту оказанную почесть, вопрос с Пырьевым, по-видимому, на партийных небесах уже предрешен. Как, впрочем, и с М.Роммом…
Георгий Иванович Куницын, трудившийся в ту пору в Отделе культуры ЦК КПСС, вспоминал об этом так:
«7–8 марта 1963 года была встреча партии и правительства с деятелями литературы и искусства. А перед этим состоялось заседание Секретариата ЦК, на котором присутствовали Романов как министр, Пырьев,Герасимов и Юткевич. И четвертым был я, который готовил все документы на положительное решение вопроса о создании Союза кинематографистов. А Политбюро вел Фрол Козлов, заместитель Хрущева. И он решительнейшим образом выступил против.
Союз фактически создан. И вдруг закрывают все это. Надо драться. Пырьев был настоящий боец.
Он как лев бросился защищать Союз: “Если вы не хотите существования Союза только потому, что его возглавляет Пырьев, то я сейчас же уйду! ”
Так Союз закрыли. Несколько дней он не существовал. Мало кто знает об этом…»
Еще один комментарий на эту тему. Свидетельствует Владимир Наумов:
«Я помню ситуацию, когда Пырьев пытался спасти Союз. Одно время Хрущев задумал уничтожить Союз кинематографистов СССР. Кто-то из доброжелателей подсказал ему эту мысль, а может быть, она явилась ему сама по себе, по наитию, но, так или иначе, эта идея висела в воздухе. Уже готовились какие-то документы, и надо было срочно любым способом убедить Хрущева в том, что решение неверно.
И вот Иван Александрович развил бешеную деятельность. Ведь, собственно, Союз — детище Пырьева. Он родоначальник этого учреждения, председатель Оргкомитета, а потом до определенного времени — его первый секретарь. Так вот, когда он понял, что его детище под угрозой, он ринулся в бой.
Он связывал одного человека с другим, хитрил, плел сети, пугал, унижался, точно учитывая характер,ситуацию, взаимовлияния. Он вил эту цепочку человеческих столкновений, отношений, телефонных звонков, встреч, как паук паутину. <…>
Тогда мы все были твердо уверены, что Союз должен существовать и что он никогда не превратится в бюрократическую организацию, которой он стал впоследствии. Это был период иллюзий и, может быть,бессмысленных надежд. Во всяком случае, Пырьев победил и здесь…»
7 июля 1963 года
Открылся 3-й Московский Международный кинофестиваль.
Партийный погром, учиненный накануне всем советским музам, включая кино, сказался и на атмосфере фестиваля. Характерны информационные записки, срочно отправленные с Васильевской в инстанции уже в самом начале фестивального действа:
«Запись беседы с болгарскими кинематографистами 11/VII‑6Зг.
<…> Болгарские товарищи посмотрели на открытии фильм “Знакомьтесь, Балуев”, который считают слабым, театральным, насыщенным элементами штампа и совершенно непригодным для показана фестивале.
Гости сообщили, что они присутствовали на открытии дискуссии, с которой ушли, не досидев до конца, так как сочли ее неинтересной.
Выступление С.А. Герасимова они охарактеризовали, как поверхностное, в котором он не поднял ни одного вопроса, волнующего кинематографистов сегодня <…> — Такое начало определило и характер всей последующей дискуссии.<…>
В заключение беседы болгарские товарищи спросили о положении Союза, объясняя свой интерес тем,что в Болгарии копируют решения, принимаемые в Москве. По словам т. Шаралиева (Борис Шаралиев – болгарский режиссер) “такое объединение(речь идет о решении ЦК слить все творческие союзы в один колхоз. — В. Ф.) они считают ликвидацией творческих союзов; объясняют его стремлением убить творческую мысль, разобщить деятелей кино”.
Доброхотов объяснил ему, что этот вопрос еще будет решаться самими творческими союзами, что это сложно, что нельзя упрощать проблему.
Однако на это т. Шаралиев сказал: “У нас слепо копируют все, что у вас решают сделать, и мы знаем,что если т. Хрущев это сказал у вас в стране, — значит, вопрос уже предрешен и для нас”».
Так думали не только наши «болгарские братья». В очередной срочной информационной записке зав. международной комиссией СРК Доброхотова, адресованной на сей раз зампреду Комитета В.В. Баскакову, сообщались ужасные подробности о беседах и с другими«представителями соцлагеря»:
«Справка
Для тов. Баскакова
По первым контактам с представителями ряда социалистических стран, прибывшими на 3-й Международный кинофестиваль в Москве, сложилось впечатление о несколько беспокоящих настроениях ряда членов этих делегаций и других лиц из социалистических стран. В практике прошлых контактов подобные настроения не отмечались (добились-таки своего!!! — В. Ф.) и, по нашему мнению, в настоящее время они заслуживают внимания:
6 июня в беседе с группой представителей делегации ГДР, среди которых находился ответственный секретарь Клуба работников кино ГДР Вольфанг Кернике, а также корреспондент газеты “Зонтаг” Гюнтер Нетцебанд, — указанными лицами был затронут вопрос о положении Союза киноработников СССР в связи с существующей идеей объединения союзов творческих работников в единую творческую организацию.
Кернике сказал при этом, что сейчас в Германии сложилась довольно трудная обстановка и ряд представителей интеллигенции выражает недовольство в связи с постановкой в последнее время вопросов в области идеологии, в частности, на июньском пленуме ЦК КПСС.
В частности, говоря о Союзе работников кино СССР, Кернике сказал: на протяжении ряда лет представители кинематографической интеллигенции ГДР искренне завидовали наличию у советских кинематографистов собственного творческого союза, который позволил объединить в одной организации многообразные профессии работников киноискусства, способствуя тем самым направлению работников кино на решение важнейших задач, стоящих перед партией и страной.
Изучая в этих целях структуру и формы работа Союза, немецкие кинематографисты провели в последнее время большую подготовительную работу по созданию аналогичной организации у себя в стране, т. к. наличие ее, по их мнению, способствовало бы привлечению творческих работников к активной общественной жизни, созданию правильных политических настроений и успешной борьбе с проявлениями в среде киноработников ориентации на Запад.
Однако во время приезда т. Романова в ГДР на премьеру фильма “Русское чудо”, в одной из бесед с ним, стало известно об идее слияния творческих союзов. Это заявление, по словам Кернике, дало направление для соответствующей работы в Министерстве культуры ГДР, которое также начало думать в этом направлении.
В связи с этим Кернике добавил: разве это не похоже на слепое копирование образцов “старшего”партнерами? К тому же без учета специфического положения в стране”.
Корреспондент газеты “Зонтаг” Нетцебанд задал вопрос: будет ли проводиться творческая дискуссия и кто из советских кинодеятелей будет ее открывать. Я сообщил, что, по моим сведениям, дискуссию будет открывать С.А. Герасимов.
Корреспондент спросил: почему не М. Ромм? Он пользуется большой популярностью у нас и в других социалистических странах, он много помогал нам.
Я сказал, что Ромм, видимо, будет также выступать.
Он спросил: кто еще будет выступать от Советского Союза?
Я сказал, что дискуссия свободная, выступать могут все желающие. Предварительно высказали пожелание выступить т. т. Караганов, Юренев, Новогрудский, Капралов. При перечислении этих фамилий немцы переглянулись, и задававший вопрос корреспондент сказал, что перечисленные лица известны им как ортодоксы.
7 июля во время беседы с членами чехословацкой делегации тт. Питерман и Пурш поинтересовались здоровьем т. Ромма и причиной его отсутствия на фестивале. При получении ответа, что т. Ромм болен,спросили: эта болезнь — дипломатическая?
В этой же беседе Питерман и Пурш говорили о неблагополучном положении в стране, о недостаточном количестве продуктов в магазинах, об очередях, чего никогда, по их словам, в Праге не бывало.
При этом Питерман и Пурш весьма многозначительно, в ироническом плане заявили, что и здесьмы, по-видимому, копируем некоторых наших старших товарищей.
В беседе после просмотра фильма “Знакомьтесь, Балуев” зав. отделом кино в газете “Руде Право” Милош Фиала резко критически и насмешливо отозвался о фильме. Спросил, почему кинематография, в которой так много настоящих режиссеров и хороших работ, так слабо представила себя на свой же Московский фестиваль?
По вопросам участия в дискуссии чехословацкие кинематографисты высказались примерно так:посмотрим, как она пойдет, кто будет выступать, посоветуемся, тогда и решим. При этом они намекнули,что знают материалы дискуссии с итальянцами и в некоторых вопросах с ними согласны.<…>.
P.S. 9 июля М.И. Ромм посетил гостиницу “Москва”. Его присутствие было замечено представителями демократических делегаций и вызвало шумные радостные приветствия.
Доброхотов»
По традиции, СРК по итогам фестиваля отметил своими дипломами и подарками прогрессивного американца Стэнли Крамера и французскую актрису Симону Сеньоре. Но позор показа на фестивале шедевра советского киноофициоза — фильма «Знакомьтесь, Балуев» —с лихвой смыл Григорий Чухрай. Возглавляемое им жюри, несмотря на давление и страшный переполох партийных начальников, дружно и безоговорочно вручило Гран-при фильму «81/2».
Вот это была шутка так шутка!..
Тогдашний зам. зав. отделом культуры ЦК КПСС И.С. Черноуцан вспоминал об этой эпопее так:
«Картине “8 1/2”, скажу честно, мы не придали особого значения. Я смотрел ленту спокойно, не предполагая, что она пойдет на первую премию. Получилось так, что ее поставили в конце фестивальной программы, а в конце обычно показывали фильмы, которые по свежим впечатлениям выдвигались на премии.
И когда стало ясно, что Феллини идет на премию, страшно перепуганный Романов призвал на помощь Караганова, Герасимова и других, но они тоже были за фильм. Все представители социалистических стран в жюри тоже были за “8 1/2”.
Феллини получил главный приз, и все, казалось, было нормально. Но Хрущеву кто-то показал переданную ТАССом ехидную заметку, что в Москве получил премию модернистский фильм “8 1/2”. Никита, не понимая, что такое модернистский и полагая, что речь идет о чем-то страшно антисоветском, вызвал Романова и стал его страшно ругать: мол, ты, сукин сын,торпедировал нам пленум по идеологическим вопросам. Я тебя вышвырну! и т. д. Романов был в обмороке.
Потом Хрущев подуспокоился и сказал: “Ну, ладно, присылай фильм. Буду смотреть”. А дальше события развивались так. Ермаш и Куницын вызвали Романова в ЦК и, наслышавшись о криках и угрозах Хрущева, стали его “топтать”, полагая, что Романову теперь уж точно не сносить министерской головы.
Они полагали также, что место Романова теперь займет Ермаш. А буквально в это время Хрущев смотрит крамольный фильм. Его реакция была однозначной: через некоторое время после начала просмотра в зале раздался характерный храп. Никита Сергеевич проспал до самого конца, и через некоторое время его пришлось даже будить. Хорошо отоспавшись, он заметно смягчился. “Если фильм навевает такой крепкий сон на советского человека — значит, ничего особо опасного в нем нет. Пусть идет”.
Опасность, которая надвигалась на Романова, миновала, а Ермаш, поспешивший устроить ему “горячие проводы”, оказался в довольно глупом положении. Впрочем, его, похоже, это не очень смутило…».
16 июля 1963 года
Вдогонку только что закончившемуся ММФ появился еще один красочный документ: справка Идеологического отдела ЦК КПСС о рекомендации КГБ СССР прекратить практику выступлений членов делегаций на ММФ перед демонстрацией внеконкурсных фильмов.
«ЦК КПСС
Комитет Государственной Безопасности при Совете Министров СССР (т. Семичастный) сообщает, что 8 июля 1963 года в кинотеатре“Россия” перед демонстрацией американского фильма “Вест-Сайдская история” выступил американский кинорежиссер Крамер и заявил,что американцы не боятся критиковать сами себя, о чем, якобы,свидетельствует указанный фильм. Однако, по просьбе американского посольства исполняемая в фильме песня, в которой как рази содержится критика американского образа жизни, не переводилась Стэнли Крамер на русский язык. В связи с этим 9 июля с. г. в газете “Известия” была напечатана критическая реплика и дан перевод песни. Это вызвало отрицательную реакцию со стороны некоторых членов американской делегации. С. Крамер намерен выступить вновь, на этот раз перед демонстрацией своего фильма “Скованные цепью”16 июля, с опровержением реплики “Известий”. По этой причине т. Семичастный предлагает прекратить практику выступлений членов делегаций перед демонстрацией внеконкурсных фильмов.
Идеологический отдел ЦК КПСС рассмотрел предложение т. Семичастного. Согласно расписаниюфестиваля в оставшиеся дни будут демонстрировать фильмы, в основном стран народной демократии.
Что касается американских внеконкурсных фильмов, то фильм “Скованные цепью”, перед которым собирался выступить С. Крамер, американской делегацией снят с демонстрации, как снята и другая картинаКрамера — “Нюрнбергский процесс”. Обе эти картины будут показаны лишь в закрытой аудитории (15-гои 20-го июля) для советских кинематографистов.
По имеющимся у дирекции фестиваля сведениям, этот шаг предпринят под давлением со стороныамериканского посольства, куда приглашалась американская делегация и ее руководству было сделановнушение в связи с неудачным, с точки зрения посольства, подбором американских кинокартин наМосковский фестиваль. Посольство, видимо, считает, что картины С. Крамера носят слишком разоблачительный для США характер.
Таким образом, из американских внеконкурсных фильмов в оставшиеся дни будут демонстрироваться только кинокомедии “Некоторые любят погорячее” и “Стучи по дереву”. Полемических выступленийперед показом этих фильмов не ожидается.
С. Крамер, выступая 14 июля во Дворце съездов перед демонстрацией фильма “Вест-Сайдскаяистория», прочитал песню из фильма, перевод которой был дан в “Известиях”, и объяснил, что он этосделал потому, что “одна советская газета” критиковала американскую делегацию за то, что она, якобы,пыталась скрыть текст этой песни от публики. Крамер пояснил, что песня не переводилась, чтобы непомешать зрителям правильно воспринимать музыку Бернстайна. “У нас есть свои проблемы и у вас,видимо, то же есть свои проблемы, — сказал Крамер, — и нам надо любить друг друга”.
В связи с вышеизложенным, полагали бы нецелесообразным менять установленный ранее порядокпредставления зрителям внеконкурсных фильмов.
Тов. Семичастный согласен с нашим мнением.
Зам. зав. Идеологическим отделом ЦК КПСС
В. Снастин,
Зав. подотделом кинематографии
Идеологического отдела ЦК КПСС
А. Романов»
18 июля 1963 года
Пырьев во время майской поездки в Америку своим острым взглядом подглядел в Голливуде много поучительного и по возвращении написал довольно увесистый труд. Поскольку отчет явно писался с дальним прицелом, Пырьев сразу же направил его председателю Комитета А. Романову. «Смею надеяться, что Вы их прочтете и кое-чем заинтересуетесь», — приписал он в приложении к рукописи.
В читатели № 2 был определен один из сотрудников Идеологического отдела ЦК КПСС В.И. Снастин: «Пользуясь Вашим разрешением, я посылаю Вам свои “Заметки об Америке” с надеждой, что Вы их прочтете. Написаны они, правда, не совсем складно, но, мне кажется, в них Вы найдете кое-что интересное для дальнейшего развития нашего кино».
Вот и пускай их в Америку!
29 июля 1963 года
Поистине исторический день для новорожденного Кинокомитета: сделан первый его вклад в «полочную» коллекцию 60-х.
Принято решение о невыпуске на экран фильма С. Микаэляна по сценарию А. Каплера «Принимаю бой». «Картина дает искаженное представление о жизни советской молодежи. В фильме отдельные антиобщественные элементы, встречающиеся в нашей жизни, представлены как активная организованная сила, действующая с позиции определенной идейной платформы.
Советское общество, которое в действительности последовательно ведет борьбу с различными отрицательными явлениями, представлено в форме как совершенно пассивная среда.
Неверные акценты, слабость в обрисовке положительных героев. Неточность авторских выводов привели к ошибочному идейному звучанию картины в целом».
В 1965 году после свержения Хрущева в достаточно изувеченном виде фильма Микаэляна все же был выпущен на экран.
